На суде по избранию меры пресечения Владиславу Реуту и Виталию Жиковичу, которых подозревают в убийстве Анастасии Березовской, возникло несколько ключевых вопросов. Дело связывает события, разделённые четырьмя днями и двумя тысячами километров.
29 июня в подъезде элитного комплекса в Монако взорвалось устройство в рюкзаке. Ранения получили украинский бизнесмен Вадим Ермолаев, его спутница и 13-летний сын. Женщина получила особенно тяжёлые травмы. По версии следствия, Березовская считается главной исполнительницей покушения: она принесла взрывчатку, а после инцидента выехала из княжества и 3 июля пересекла польскую границу автобусом в Украину.
Деньги, долги и криминальная среда
3 июля в лесополосе возле села Юров на Киевщине Березовскую убили несколькими выстрелами. Тело закопали, оружие и вещи пытались уничтожить. Подозреваемые — Реут, действующий сотрудник ГУР, и Жикович, сотрудник СБУ, возглавлявший группу. Оба ранее переводили Березовской деньги на банковские и криптовалютные счета. Прокуратура Монако допускает их причастность к подготовке покушения. Суд отправил их под стражу без залога.
Самая приземлённая версия указывает на бизнес-конфликты. Сын Ермолаева Артур фигурировал в деле о мошеннических кол-центрах в Эстонии, где сеть получила более 100 миллионов евро. Возможные мотивы — долг, раздел прибыли, вымогательство или месть. Есть предположения, что у Ермолаева требовали деньги за «крышу», а взрыв стал наказанием за отказ.
Политический заказ или частная операция
Другая версия касается государственных структур. Ермолаев находится под украинскими санкциями из-за работы предприятий в Крыму. Следователи Монако склоняются к причастности СБУ к покушению. В то же время принадлежность подозреваемых к спецслужбам не означает служебный приказ — они могли действовать в частных интересах. Российский след также возможен: Москва способна использовать дело для пропаганды о хаосе в Украине.
Между государственной операцией и криминалом существует сценарий частного дела людей из силовой среды. Они могли организовать логистику и сокрытие следов по коммерческому заказу. После провала Березовская стала опасным свидетелем, поскольку знала детали: кто предложил участие, сумму вознаграждения и контакты.
Березовскую могли убить, чтобы избежать экстрадиции. Подозреваемые перекладывают ответственность друг на друга. Один из них сначала признал причастность, а затем изменил показания. После обысков у Жиковича правоохранители показали подвальное помещение, которое назвали пыточной, однако следователи не обнаружили признаков пыток. Экспертиза должна дать окончательный ответ.
Следствие продолжается. Важно установить всю цепочку контактов и подчинения, чтобы выяснить, кто заказал взрыв, обеспечил взрывчатку и принял решение об убийстве свидетеля. Независимость расследования и международная координация остаются ключевыми.
